Розділення на біокасти та незадіяність більшості населення - от що чекає людство на думку історика

Маси втратять свій економічний і політичний вплив і в той же час не зможуть дозволити собі поліпшити свої фізичні дані за допомогою технологій. В результаті суспільство розколеться на біологічні касти, прогнозує в своїй колонці в The Guardian ізраїльський історик Юваль Ной Харари. Думки фахівця передають Патріоти України з посиланням на Нескучные новости. Далі мовою оригіналу.

В своей колонке Юваль Ной Харари, автор книги «Homo Deus: краткая история завтрашнего дня», вспоминает этапы развития человеческого общества. Он отмечает, что с появлением частной собственности неравенство между людьми усиливалось. Но гуманизм, либерализм и социализм направили этот процесс в обратную сторону. К тому же индустриальные экономики нуждались в массовой армии и массовом труде, поэтому инвестировали в систему здравоохранения, образования и соцподдержки масс.

Однако в постиндустриальном мире народ утрачивает прежнее значение и становится лишним. Армии обходятся группой профессиональных военных, которые управляют дронами и роботами, а фабрики заменяют рабочих умными станками и машинами. По мнению Харари, снижение роли масс в обществе приведет к формированию бесполезного класса.

«В 21 веке неравенство в обществе достигнет исторического максимума», — пишет историк.

Развитие биотехнологий и биоинженерии позволит превратить экономическое неравенство в биологическое. Небольшая группа людей, элита, сможет «прокачать» свое тело и мозг, улучшив свои физические и когнитивные способности. Самосовершенствование обойдется дорого, поэтому доступно оно будет лишь единицам. «В результате человечество расколется на биологические касты», — прогнозирует Харари.

При этом историк отмечает, что в прошлом положение человека не определяло его интеллект или силу. Среднестатистический герцог не обладал большими талантами, чем крестьянин, его превосходство было обусловлено лишь юридическим и экономическим положением. «Однако к 2100 году богатые действительно могут стать талантливее, креативнее и умнее бедняков. Как только возникнет этот разрыв между бедными и богатыми, уже ничего нельзя будет изменить», — предупреждает эксперт.

Возможно, предполагает Харари, некоторые государства, в которых укоренены гуманистические идеалы, продолжат поддерживать массы, даже несмотря на их бесполезность.

Например, дадут им доступ к видеоиграм и виртуальным мирам. Но другие страны, например, Китай, Бразилия или Южная Африка, могут сбросить лишний класс за борт общества.

Харари приходит к выводу, что глобализация, в пользу которой высказываются многие лидеры ИТ-компаний, не даст людям равенство и свободу. «Глобализация объединит мир вертикально, то есть сотрет национальные различия, но в то же время разделит человечество горизонтально», — заключает историк. В итоге неравенство достигнет невообразимого прежде масштаба.

И все-таки развитие технологий никогда не было детерминированным. Общество само будет выбирать, каким станет мир под их влиянием. Харари приводит в пример КНДР и Южную Корею, которые, владея изначально одинаковыми технологиями, пошли по диаметрально разному пути.