"Это уже не игра в солдатики, а ночные кошмары, ставшие реальностью", - мешканець Мінська про те, як війна на Донбасі змінила всіх

"У сына в саду есть друг, зовут его Петя, он из Донецка. Его семья переехала в Минск после трагических событий весны 2014. Двум украинским врачам и их детям, шестилетнему Пете и девочке-школьнице, не нашлось места в так называемой "ДНР". Почему выбран не Киев, Львов или другой любой украинский город – вопрос досужий. Чтобы ответить на него, нужно быть на месте беженцев, чего не пожелаешь никому", - написав білорус Андрій Дзьмітранок на своїй сторінці у "Фейсбуці", передають Патріоти України.

Рассуждения о проблематике адаптации в украинских городах, оставлю самим жителям Украины. Мне главное, что люди вынуждены оставить родные места, как резюмирует маленький Петя: "В Донецке война." И чтобы понять, что она продолжается, мне достаточного одного факта. На прошлой неделе семья ездила в Донецк и вернулась назад. Там жизни нет. Да, там живут их родственники, ходят трамваи, есть интернет и продается хлеб. А вот жизни нет, так как нет будущего. Не видят его для своих детей два квалифицированных специалиста, которые без труда нашли работу в системе здравоохранения белорусской столицы.

В то время, как Европа принимает беженцев в Сирии, мы помогаем украинцам вне зависимости от их мировоззрений. Не знаю официальной статистики, мне важно то, что в нашем саду – куда, как говорят, просто так не пробиться – нашлось место украинскому мальчику. Простой факт, а их, хочется верить, множество. Да, у нас дорого, холодно, сталинская архитектура и кругом советский союз. Зато у нас скоро каждый второй будет работать в IT, а что это как не шаг в глобальную экономику.

Что, власть держится на пенсионерах, и всё словно для пенсионеров? Но, позвольте, их всю жизнь обижали, в конце концов, это же наши отцы и деды. Пусть будет так. Молодая Беларусь научилась существовать вопреки системе. Назовём это эволюцией: вот на днях белорусский стартап MSQRD купил сам Facebook, а сколько еще на подходе. Переехало в Минск и много украинских программистов, что, конечно, хорошо для отрасли в целом, только вот Украине от этого плохо. Беды же других – плохой повод для радости, по крайней мере для адекватных людей.

Трагедия на Донбассе изменила всех нас, даже не жителей Украины. Прежде всего детей. Нельзя спокойно глядеть на то, что в обиход детской повседневности входят такие понятия как "война". Это уже не игра в солдатики, а ночные кошмары, ставшие реальностью. Дети видят, чем живут их родители и перенимают все сразу. Как говорил мой приятель: "У меня сын скорее выучит украинский язык, чем белорусский", так как в их доме постоянно была включена прямая трансляция с Майдана. Нам не безразлична Украина, мы сопереживаем. Когда в финале чемпионата мира по хоккею играли сборные России и Финляндии, я случайно услышал диалог двух мальчишек. Один упрекал другого, за то, что тот болеет за сборную страны, развязавшей войну. Дети всё видят и чувствуют, они по молодости своей наивны и прямолинейны, но они во многом лучше нас в своей искренности.

Мой сын подружился с Петей. Когда тот уезжал, мой грустил и говорил, что у него нет больше друга. Когда Петя вернулся, нашему Макару эту новость прибежали сообщить все остальные дети группы. Дети чувствуют настоящие отношения, поэтому и верят в дружбу мушкетёров. Я безусловно рад, что у сына есть друг, но мне одновременно горько, что Петя лишён своей Родины. Ходят в сад два мальчугана, белорус и украинец. Дружат.