"Путинская явка с повинной", - Портников

"Главное, что произошло на пресс-конференции российского и американского президентов, - так это путинская явка с повинной. Не совсем чистосердечное, но признание Владимира Путина", - пише у своєму блозі політолог Віталій Портников, повідомляють Патріоти України, і продовжує:

"Говоря о разногласиях с Дональдом Трампом относительно статуса аннексированного полуострова, президент России отметил, что "мы провели в Крыму референдум в полном соответствии с международным правом".

О международном праве разговор отдельный. Самое интересное во всей этой ситуации – кто эти "мы". На момент проведения "референдума" Крым существовал – с точки зрения России, разумеется – в одной-единственной правовой реальности. Украинской. Несмотря на то, что Верховная Рада Крыма провозгласила Крым независимым государством, российский президент Владимир Путин признал эту "независимость" только на следующий день после проведения "референдума о присоединении к России" – 17 марта 2014 года.

А аннексирован полуостров был только 21 марта 2014 года. Таким образом, 16 марта 2014 года власть в Крыму – повторюсь, с точки зрения Кремля – осуществлялась республиканским руководством – частью украинской вертикали управления. Да, эти люди могли хотеть отделиться от Украины и присоединиться к России. Но "нами" – россиянами – они точно не были. "Россиянами" жители Крыма стали только после завершения процедуры аннексии, когда им навязали российские паспорта.

Так что с точки зрения собственного законодательства Путин, наверное, должен был сказать "они". Они, крымчане, провели "референдум", который "соответствовал международному праву". И поэтому Крым "стал частью территории России".

Но Путин, похоже, не стал лгать – или просто не заметил, как выдал главную подробность процесса "присоединения" Крыма. Он, на самом деле, сказал правду. И "референдум", и предшествующие ему решения крымских властей – все это российских рук дело. Все это элементы процесса аннексии полуострова. Все это заблаговременно готовили российские чиновники и диверсанты. И обеспечивала грубая военная сила.

Крымчане в этой ситуации были инструментом обеспечения имперских амбиций. "Референдум" проводили не "они", крымчане, а "мы" – Путин с окружением. Похоже, российский президент просто перестал стесняться этого очевидного факта".