"Путин зашел на Донбасс не для того чтоб выходить", - військовий експерт

"Последним сепаратистом на Донбассе был Захарченко, которого отправили на небеса в кафе "Сепар". Всё остальное – это регулярные части вооруженных сил Российской Федерации. За 5 с лишним лет они практически оборудовали что-то типа линии Мажино (система укреплений, – Ред.). Давайте вспомним, что, во-первых, они категорически никогда не пускали ОБСЕ на свои позиции, ссылаясь на то, что это военная тайна. Во-вторых, они никогда не отводили технику со своих позиций", - пише військовий експерт Олег Жданов у своєму блозі, передають Патріоти України, та продовжує:

"Сегодня она вся стоит в 10-минутной готовности от нас, на оккупированной территории Украины. Некоторые стоят даже в укрепленных районах. Например, в Марьинке на позицию приходили бетоновозы, сливали бетон, укладывали железобетонные блоки. Там и сейчас всё стоит на месте.

Просто ОБСЕ в последнее время начало немножко прозревать. "Ой, мы обнаружили площадку с "Градами", "Ой, мы обнаружили площадку с танками!" Ребята, она там всю жизнь была, ее никто не убирал.

Парадокс заключается в том, что официально это вооруженные силы России и официально Путин говорит, что их там нет. Офицерский состав на 100% - кадровые военные РФ, 75-80% контрактников – российские граждане.

А мы верим в сказку о том, что там какие-то "ополченцы" или какие-то "боевики". Хотя, наша разведка прекрасно осведомлена и в открытых дайджестах они официально пишут: "российские оккупационные войска".

Поэтому российская техника находится на своих позициях – как вдоль всей линии разграничения, так и в трех точках разведения сил. А также артиллерия, которая выезжает и стреляет по нам. Она же никуда не делась.

По нашим оценкам, 1 и 2 армейские корпуса насчитывают порядка 35 тысяч человек. На их вооружении порядка 400 танков, около 500 систем артиллерии – реактивной и ствольной, и около 700 боевых бронированных машин. Это официальная информация, которая есть в открытом доступе.

Где вся эта техника? Конечно, на линии разграничения и в парковых зонах, где организованы гарнизоны. В основном все они – вдоль линии разграничения, потому что это для них основной рубеж обороны.

Могла ли Россия отвести технику в трех точках – Золотом, Петровском и Станице Луганской? Это просто смешно. Путин заходил не для того чтоб выходить.

Кстати, а где ведомость верификации ОБСЕ на той стороне? Сколько, каких сил, какого вооружения было отведено в Золотом-4? Этого не знает никто. Даже ОБСЕ не знает. Потому что нисколько.

Вы спросите: а как же разведка? Нам периодически дают данные аэрофотосъемки, где артиллерия стоит на позициях, где есть сосредоточение техники. Эти аэрофотоснимки иногда просачиваются в сеть.

Кстати, визит депутата Госдумы РФ Журавлева в Золотое-5 – еще одно свидетельство того, что мы воюем с Российской Федерацией. Туда поехал не Пушилин и не Пасечник, не кто-то еще из самопровозглашенных индейцев. Приехал тот человек, которого послала воюющая сторона. Он приехал проинспектировать, насколько Украина выполняет соглашения. Сейчас он вернется и доложит в Кремле обстановку.

Но это не популяризируется на Западе, потому что, видимо, на сегодняшний день есть очень серьезная заинтересованность и в Украине, и в России, о продолжении этого конфликта. Поэтому это не ставится во главу угла и эти доказательства не кладут на стол. А Украина упорно продолжает верить в "боевиков".

Главная проблема этой войны в том, что у нас не хватает силы воли или духа, чтобы официально встать и сказать, с кем мы воюем. Ответ на вопрос "с кем мы воюем" – это, в принципе, путь к миру. Главный и гарантированный путь к миру.

Это может быть сделано в формате официального заявления президента Украины, господина Зеленского в адрес мировой общественности. Обычно это делается через Комиссию по правам человека ООН. Делается официальное заявление о том, что Российская Федерация совершила акт вооруженной агрессии с введением на нашу территорию такого-то количества войск, которая оккупировала нашу территорию и так далее. Это обычная процедура".