"Российская экономика ещё недостаточно обвалилась": Портніков пояснив, коли почнуться зрушення в переговорах по Донбасу

"Ночной разговор лидеров стран - участниц "нормандского формата" - отнюдь не доказательство того, что Минский процесс продолжается и его участники пытаются найти компромисс." Про це пише на сайті Newsru.ua журналіст Віталій Портніков, інформують Патріоти України.

Это, скорее, доказательство постепенной утраты интереса. Встречи на высшем уровне заменены телефонными переговорами, конкретные консультации "живьём" проводят только главы внешнеполитических ведомств. И не могут ни о чем договориться - просто потому, что министры иностранных дел не заменяют президентов.

Сергей Лавров, которого Владимир Путин направляет на такие переговоры, прекрасно понимает, что российский президент не собирается уходить с Донбасса. Что его задача - не договориться с коллегами, а обмануть коллег. А если не все коллеги хотят обманываться?

Нечто схожее происходит и во время ночного разговора. Пресс-служба украинского президента утверждает, что его участники обсуждали вопрос о полицейской миссии ОБСЕ. Это давняя идея украинской стороны, суть которой - в замене российских войск и их наёмников на оккупированных территориях международным миротворческим контингентом с полицейскими функциями. Именно такой контингент мог бы обеспечить контроль над полным прекращением огня, проведение настоящей предвыборной кампании и местных выборов.

Российская сторона - по крайней мере, по тому сообщению, которое опубликовано на сайте Кремля - не полемизирует с этой позицией. Но Путин говорит о "повышении эффективности деятельности в зоне конфликта Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ путем придания ей дополнительных полномочий". Специальная мониторинговая миссия - это, конечно, не полицейская миссия. Ни о каком её вооружении речи не идёт. Что такое дополнительные полномочия такой миссии - знают только Путин и Лавров.

Поэтому трудно не согласиться с Ольгой Айвазовской, обращающей внимание на разночтения в позициях Москвы и Киева. Эксперт Минской группы хочет дождаться коммюнике Берлина и Парижа, но я не очень верю, что это прояснит ситуацию.

Не прояснит просто потому, что даже если Запад согласится с украинской позицией, это не изменит подходов Путина. А если Запад поддержит идею об "эффективности мониторинговой миссии", это не даст возможности приблизиться к выборам.

Настоящую российскую позицию выразил не Путин, а Захарченко, пообещавший, что не даст "оккупировать ДНР" под предлогом выборов и атакует любую вооруженную миссию. О каком урегулировании может идти речь, если оккупанты сохраняют во главе администрации "ДНР" агрессивного безумца?

Сдвиги начнутся только после того, как Путин окажется по-настоящему заинтересован в отмене санкций и нормализации отношений с Западом и будет готов пожертвовать оккупированными территориями ради этой нормализации.

Российская экономика ещё недостаточно обвалилась для такого кардинального сдвига - а если санкции будут ослаблены, её обвала придётся ожидать ещё дольше. Но урегулирование на Донбассе нельзя обменять на здравый смысл, его можно обменять только на реальные риски для путинского режима.

А до возникновения - и осознания самим Путиным - таких рисков участникам "нормандского формата" останутся разве что ночные разговоры.