"Мы можем рассуждать о логике действий Украины по отношению к формированию судебных исков против России. На наш взгляд весь шум по поводу того, что Украина подаст в суд (из-за убытков для мариупольского и бердянского портов – Ред.), начался с объявления оккупантами о том, что они ограничат проходы судов через судоходный канал Керченского пролива с августа 2017 года из-за монтажа конструкций моста. Хотя разговоры на тему исков по строительству мостового перехода в Керченском проливе возникали и раньше", - пише кримський економіст Юрій Смілянський у своєму блозі на сайті Обозреватель, передають Патріоти України, та продовжує:
"Во-первых, этот судоходный канал, как часть Керченского пролива, находится в исключительной морской зоне Украины. На сегодняшний день он оккупирован. Да, действительно, и на Мариуполь, и на Бердянск идут сотни судов через пролив. По оценкам - где-то 500 единиц судов за полгода. Но на 99% - это не украинские пароходы. В основном это греки, турки, итальянцы и т.д. Они идут в наши порты, грузятся там металлопродукцией, зерном и т.п. То, что есть в Мариуполе и в Бердянске, отправляется на экспорт. В то же время через пролив идет в 10 раз больше русских судов в Ростов, Азов, Таганрог, Темрюк, Турцию, Средиземноморье - рейдовая перевалка, в том числе и в Крыму и т.п.
Специалисты и россияне говорили о том, что надводный габарит будет ограничен для прохода судов до 33 м. У части судов надводный габарит может быть выше, если они не загружены чем-то. Соответственно, чтобы иметь возможность пройти под арками моста, который будут монтировать оккупанты, суда надо чем-то дополнительно грузить, брать балласт, чтобы было больше погружение. Это уже усложняет проход этого участка Керченского пролива.
В то же время мы можем говорить о том, что оккупанты могут организовать проход судов по Керченскому проливу в ручном режиме. То есть в первую очередь, давать возможность проходить российским судам, а из остальных создавать "пробки" для ожидания прохода.
Для чего? Возможно для создания дополнительного инструмента давления или на владельцев судов, если это в первую очередь украинские владельцы судов. Или на Украину в целом, потому что тогда возникают проблемы эксплуатации наших портов Мариуполь, Бердянск.
Кроме того, проход по Керченскому проливу – платное "удовольствие". Это было всегда. Все суда, которые проходили до оккупации Крыма через Керченский пролив, платили соответствующий сбор Керченскому порту. Сегодня Керченский порт оккупирован и на него наложены санкции. По сути, наши суда продолжают, проходя Керченский пролив, платить этот сбор, но только он уже идет в бюджет оккупантов.
Вот первый вопрос. Оккупанты эксплуатируют Керченский порт и все другие порты Крыма – севастопольские, феодосийский, ялтинские и евпаторийский. Идет четвертый год войны, а мы не знаем, подавала ли Украина иск по этому поводу в какой-то международный суд. В частности, уже четвертый год сборы от прохода Керченского пролива поступают в бюджет оккупанта.
Это наш прямой убыток, и он также мог быть рассчитан, исходя из среднего объема судов, которые проходят в украинские порты через Керченский пролив. А, соответственно, иски поданы гораздо раньше.
Рассматривается ли в судах факт эксплуатации украинской собственности в оккупированном Крыму и по строительству Керченского моста оккупантами? То есть, по ведению незаконного строительства на украинской территории и в исключительной украинской морской зоне. Подавали ли Украина в суд по этому поводу? Неизвестно. На сайте Министерства юстиции информация отсутствует.
Если мы не сделали этого, тогда почему сегодня так громко обсуждается вопрос по подаче иска по Бердянску и Мариуполю? Потому что есть интерес конкретного человека или какой-то другой вопрос?Пока что на эти вопросы у нас нет ответов. А ведь есть еще вопросы экологических последствий строительства этого мостового перехода.
Если подается иск по Крыму, то ущерб, который наносится работе мариупольского и бердянского портов – это всего лишь дополнение к иску. Почему речь идет об отдельных исках? Если ставится задача засыпать исками оккупанта по любому поводу, чтобы они не успевали ездить на международные суды – может быть в этом есть логика.
Первое, что Украина должна будет доказать в судах, - что порты Мариуполь, Бердянск действительно получают ущерб из-за тех действий, которые осуществляет Россия в Керченском проливе. Если это доказано, можно рассчитывать на то, что Международный суд скажет, что Россия не должна мешать. Тогда вопрос, а должна ли строить мост?
Если она не нанесла прямой ущерб и должна его возместить – у меня есть глубокие сомнения, что Россия будет выполнять это решение суда. Еще раз выставит себя, что она плюет на международное право. Дополнительное доказательство – возможно оно нужно.
Но, по-моему, Россия уже многократно доказала, что международное право для нее не существует, в том числе, и когда принимались изменения в российское законодательство о том, что российские законы имеют приоритет над международным правом.
Это все-таки вопрос из тех, в котором хотелось бы понимать логику действий, цели и задачи: для чего? Что положительного Украина получит в итоге?"
У мережі порівняли світлини мирного міста Бахмут з тим, як він виглядає зараз внаслідок російських обстрілів та окупації. До російського вторгнення 2022 року місто було центром соляної промисловості України та залізничним вузлом. Під час боїв за Бахмут...
Відомий волонтер РФ Олександр Іванов намагається заволодіти нерухомістю в тимчасово окупованому Маріуполі й інших непідконтрольних Україні містах нібито для потреб своєї волонтерської організації. Листування, які свідчать про махінації з нерухомістю та...